На земле многострадальной белорусской
Наш разведчик в руки ворогу попался.
Был захвачен он, когда тропинкой узкой
В партизанские районы пробирался.
Был смуглый, черноглазый, чернобровый,
Он из Грузии ушел в поход суровый.
«Ты, лазутчик, признавайся в час последний!»
Отвечал он: «Из деревни я соседней».
По деревне, по снегам осиротелым
Повели его галдящею гурьбою.
«Если врешь – не миновать тебе расстрела,
Если правда то отпустим, шут с тобою.
Не иначе, лейтенантом был ты прежде,
А теперь в крестьянской прячешься одежде!»
Отвечал он: «Вон вторая хата с края,
Проживает там сестра моя родная».
Тяжела его прощальная дорога,
Конвоиры аж заходятся от злости.
Смотрит женщина растерянно с порога:
Незнакомца к ней ведут лихие гости.
«Узнаешь ли ты, кто этот черноглазый?»
Что ответить, коль не видела ни разу?
Оттолкнула чужеземного солдата:
«Ты не трогай моего родного брата!»
И прильнула вдруг к щеке его колючей
От мучений и от смерти заслонила.
На Полесье помнят люди этот случай,
В лихолетье в 41-м это было.
Ничего о них мне больше не известно,
Но о брате и сестре сложили песню.
Может в Грузии ту песню он услышит
И письмо ей в Белоруссию напишет.
